Перейти на главную страницу
Эдуард Пантюхов
«Более 25 лет на рынке организаций загородного домостроения»

Строительные площадки

Пространство, в которое никто не заходит

Олег Шока

Олег Шока в собственном интерьере
Фото: Андрей Порубов

Для части екатеринбургского бизнеса становится обыкновением жить «на два дома»: в городской квартире и за городом. Выбраться за пределы загазованного, измученного шумом и автомобильными пробками мегаполиса в тишину, на свежий воздух мечтают уже не только очень богатые. Средний бизнес, да и средний класс, все активнее прорабатывает вопрос: как бы построить дом за городом не за бешеные миллионы, но достойно и со вкусом. Стоимость земли в радиусе 30 — 40 км за год удвоилась. Спрос на хорошие экономичные проекты индивидуального жилья тоже. Пошла мода на архитекторские и дизайнерские дома, рынок наполнился журнальным глянцем. Но оказалось: профессионалов, которые готовы предложить такому клиенту то, что он ищет, на рынке по пальцам пересчитать. Гораздо больше предложений типовых домов, которые после приобретения тут же подвергаются глобальной переделке. Потому что за городом, под пение птиц, хочется не трафарета, а чегонибудь этакого.

Пионер екатеринбургского рынка загородного жилья архитектор и дизайнер Олег Шока — из тех, кто знает, чего именно: «Постоянно видеть красивую природу — это роскошное ощущение, которого лишены большинство горожан. В частном доме у вас появляется такая возможность, поэтому я предлагаю делать окна в пол». Еще в конце 80х он поражал воображение совков: жил в красивом коттедже, что само по себе было по тем временам большой редкостью, причем все в этом доме, от ручки входной двери, было его дизайнерским решением. Сегодня Шока — среди самых востребованных архитекторов: одновременно в работе у него более десяти проектов на разной стадии. Его эпатирующее «именно вид из окна я считаю самым главным в проекте» подчеркивает суть набухающего спроса на загородное жилье — люди хотят не дом, а мечту. Но мечта должна иметь качественную конструкцию.

— Олег Владимирович, вы говорите, что дом должен соответствовать настроению хозяина. Какое оно у ваших заказчиков?

— Большинство желает иметь жизненное пространство, в которое никто не заходит. И не мусорит. Отсюда маниакальная тяга к глухим заборам, чего вы не увидите за границей. Один мой заказчик переживает, что с дороги, с горки на противоположном берегу реки, открывается вид на его участок и очень оригинальный дом-улитку. Так он вдоль той дороги за свои деньги сажает большие сосны, чтобы из машин дом его не был виден!

Для многих дом — уже не демонстрация объемов кошелька, как было в 90-х. Все меньше хотят хоромы с купеческим размахом. Состоятельные люди приходят к разумным площадям и пропорциям.

— А какие разумные?

— Для семьи, где один ребенок, в пределах 300 кв. метров. Это с бассейном и двумя гаражами. 500 кв. метров заказывают редко. Потому что понимают: дети со временем будут жить отдельно. Хотя есть и очень состоятельные, которых площади не смущают. Они хотели бы иметь капитальное родовое поместье. Таким приходится сажать сосны. Максимальное, что мне приходилось делать, — дома до 1500 кв. метров. Минимум — около 180 — 200 кв. метров. Хотя в Австрии, где мне доводилось работать, все скромнее, от 90 кв. метров.

— Как вы ищете заказчиков?

— Обычно они меня находят. А мне хотелось бы самому выбирать тех, кто мне интересен. С этой целью год назад я завел сайт. И не получил через него ни одного заказа. Наверно, не к той фирме обратился. Кто умеет делать хорошие сайты, сегодня выигрывает.

— Пора грамотно сделать сайт?

— И чуть ли не специально человека садить, чтобы сортировать предложения. Посмотрев мир, я убедился, что не самые плохие, не самые заурядные дома проектирую.

— Какая у вас фирма?

— Никакой. Имею лицензии на все виды деятельности. Работаю один, помогает дочь Полина — тоже архитектор, ей 25 лет, а уже пять домов по своим проектам строит.

— На рынке известно ваше имя и этого достаточно?

— Да.

Что вы лепите

— Кто для вас интересный заказчик?

— Тот, кто мечтает увидеть интересное, не обязательно дорогое. По крайней мере, дает волю моей фантазии. Максимально ясно излагает, что хочет. И когда я предлагаю нечто большее, чем он рассчитывал, подсказываю, чего разумнее желать, а он прислушивается к доводам опыта, мы находим общий язык. Я не вгоняю заказчика в рамки того, что люблю сам. Сначала слушаю, что ему нравится. Не говорю, что нужно строить только с плоской крышей и только ультрасовременная минималистская архитектура имеет право быть. Ради бога, можно и башенки сделать интересно. Но половина клиентов обычно соглашается, что при малых участках плоские кровли — целесообразнее. Во-первых, дешевле, вовторых, дополнительная площадь, на которой можно детскую площадку сделать, бассейн поставить, мангал и прочее. Вид открывается роскошный. Все спрашивают: куда снег девать. Да никуда. Он тает по всей плоскости и уходит в ливневую канализацию.

Хотя большинство застройщиков еще покупают готовые коробки в коттеджных поселках и переделывают их до неузнаваемости. Случается среди таких коробок увидеть грандиозный дом на 1200 кв. метров на крошечном участке. Он давит на стоящие рядом 400 — 500метровые, отчего они смотрятся как дома для прислуги. Люди не понимают, что роскошный дом требует пространства, воздуха, подъезда к нему.

Случается, что заказчик настаивает на своем решении только потому, что он заказчик. Терпеливо объясняю, например, что при нашем лете желательно детские иметь на южную сторону, потому что нужна инсоляция: если дети растут без солнца — это плохо. Мне возражают: стоят же дома и без солнца. Да, дурных примеров море. Но нельзя делать дом по принципу, что есть и хуже. Или вот смотрю чужие наброски и говорю: вход в спальню не должен быть через кухню. И прихожая на 6 метров нелепа в доме на 500 — 600. Отвечают: нам в ней не жить. И хотят оставить свою схему. Когда встречаю воинствующую безграмотность, говорю: стройте без меня.

Дом-корабль в Волжском (макет)

Дом-корабль в Волжском (макет)

С лепниной не работаю. Также не делаю дома типа теремков, опереточные конструкции, не имеющие технологии. Не интересно делать подобие архитектуры какогото там века, подделки под вещи больших мастеров: заведомо будет хуже. Когда я смотрю на интерьеры якобы в стиле модерн, но не имеющие той великолепной пластики, изысканности деталей, проработанности, вижу поспешность и грубость в исполнении, считаю, что это вариант тупиковый. Как и а-ля «русская деревня». Подделки — всегда тупиковый вариант. Меня это напрягает.

Типовые дома плохи тем, что не учитывают плюсы и минусы участка, запросы заказчика. Ему, допустим, нужна детская 25 — 30 кв. метров, а она 18. Переделывать — не создать новое. Получается гибрид. Сравните: стоимость жилья в центре Екатеринбурга порядка 80 тыс. рублей за 1 кв. м, а эскизный проект индивидуального дома от 200 кв. метров — 75 тысяч. Уж лучше уменьшить площадь на 1 квадратный метр, но заказать проект.

Типовые проекты часто с подвальными помещениями. Заказчик ломает голову, что ему в подвале сделать. Одни втаскивают туда бильярд, а потом оказывается, что они не учли: размер бильярдной должен быть площадь стола плюс с двух сторон еще по 1,7 кв. метров на длину кия. А у них до стены 1,2 — 1,3. Обрезать кии? Другие делают спортивный зал. Опять не учитывают, что это музыка, тренажеры, общение — все равно что дискотека в подвале. Создать нормальный микроклимат тяжело. Ставят кондиционер. Но за городом, в лесном воздухе, глупо заниматься спортом под землей в душном подвале.

— Какими проектами сейчас занимаетесь?

— Недавно для кооператива «Академический», который имеет два участка для застройки коттеджей, разработал несколько типовых домов от 100 до 280 метров: три с плоскими кровлями, три — с обычными. Для тех, кого не устраивает типовая застройка, в этом же микрорайоне спроектировал пятьшесть домов по 400 — 500 кв. метров. Домов восемь — в коттеджном поселке Карасьеозерск, один в поселке Палникс, три-четыре — на озере Таватуй, пять — в Верхней Сысерти, где и моя дача.

Одним из самых удачных считаю проект, который делаю в городе Волжском. Это дом-корабль на 500 кв. метров на берегу водохранилища. Вода в него то поступает, то уходит. Я сделал дамбу с постоянным уровнем воды. Клиенту понравилась идея: корабль, выплывающий из цветущего сада в акваторию. Сначала на маленьком участ-ке он заказал дом порядка 200 кв. метров. Показалось, что дому тесно, докупил еще земли. Строю не менее интересный дом на озере Таватуй — бассейн, эксплуатируемая кровля, на нее выход из детской и спален. Видна вся панорама вокруг — лес, острова на озере. Вожу других клиентов, чтобы убедить их в преимуществах такой кровли. Бог — он в деталях.

Один из самых необычных проектов, которые я сейчас веду, в Кашино: дом на 800 кв. метров с помещениями для прислуги, охраны, большого парка машин, тремя детскими, бассейном, гостиной, навесом для спецтехники. Очень хороший заказчик: четко высказал, что хотел бы иметь, — чтобы это напоминало швейцарское шале с мягкими кровлями. Но с большими окнами в пол. Я выполнил проект — ему все понравилось, не внес ни одного изменения. Поскольку позволяла большая площадь, порядка 1 га, я сделал и геопластику, то есть горки, водопады и так далее. Камерно геопластику можно сделать и на 8 — 10 сотках.

— С чего начинаете, получив заказ?

— Для меня архитектура начинается с площадки: смотрю, что на ней, что вокруг. Встречаюсь с семьей. Спрашиваю, как они видят дом. Хотят ли иметь зимний сад, двухсветную гостиную, пристенный камин или пространственный, окна в пол, чтобы, когда сидите на диване, не подоконники разглядывали, а сад. Когда объясняешь, что можно сделать и зачем, показываешь на примерах, 90% нормально реагируют, соглашаются с доводами. Есть единицы, которых не шелохнешь. Или люди с комплексами. Например, одному заказчику маленького роста нужен был огромный дом, в котором он требовал все огромное, и машина у него была длиннаяпредлинная. Но такие отклонения редко бывают. Была заказчица, директор большого магазина, которая призналась: ей не интересно строить дом, но муж заставляет. Ну все, говорю, мне тоже не интересно, когда человека заставляют.

— Ваш клиент — крупный бизнес или средний?

— Есть и крупный, который может позволить себе строить с размахом на гектаре земли, есть и средний. У него относительно ограниченные возможности, он хочет экономичный дом до 300 метров, где «все включено».

— И что включено?

— Последний вариант недорогого экономичного дома я проектирую для себя на озере Шарташ: с бассейном, двумя гаражами. Участок маленький, 10 соток, растут вековые лиственницы, диаметр ствола метр. Нельзя их трогать. Поэтому я их обхожу. Выходит достаточно большая, 45 кв. метров, гостиная с зимним садом: жена — любительница цветов. На втором этаже одна спальня для дочери, другая, с гардеробной и ванной, — наша с женой. То есть в 300 кв. метров можно уложиться, если делать достаточно скромно, но непременно с бассейном.

— Вы не считаете бассейн излишеством?

— При нашем лете это вещь незаменимая: 5 — 6 метров длиной, с регулируемым противотоком, который позволяет плавать с нагрузкой, как против течения.

Огонь, вода и сосны

— Говорят, архитектор должен каждые три-четыре года строить себе новый дом, потому что старый перестает отвечать уровню его профессионализма.

— Я так не говорю, но действительно тянет на другое. Имеет смысл построить, продать, снова построить. Это, вопервых, прибыльно, потому что себе грамотно делаешь — ни с кем не споришь, и себестоимость всегда ниже. Я экономлю на всем и умудряюсь тратить 150 — 200 долларов на квадратный метр такого коттеджа, который другому обошелся бы в 500 — 600, а то и в 1000 долларов метр.

— Так себе интересно строить с коммерческой или профессиональной точки зрения?

— Для себя во многих вещах можно экспериментировать, шагнуть вперед, в отрыв от того, что делается на рынке. Попробовал на себе — предложишь и другим.

— Сколько домов вы себе построили?

— Загородных — два. И много раз переделывал интерьеры коттеджа в городе, в котором живу 25 лет. Выменял его за квартиры: свою и матери. Сам разрабатывал интерьер, делал мебель, окна, двери, камин. Я после школы работал на заводе слесарем механосборочных работ 5го разряда. Делал мебель на заказ, параллельно учился в архитектурном институте.

— Так вы мастеровой человек, не эстетствующая богема?

— В 80х, оформляя кафе и рестораны, я так гнул декоративные решетки, что у меня плоскогубцы ломались, а рука не уставала. Столы инкрустировал, формы для гипса делал, все наиболее ответственные вещи в интерьерах выполнял сам, обучал помощников. Мой дизайн ресторанов был очень своеобразен. Помню банкетный зал в Артемовском середины 80х: из потолка выходит огромная сложная конструкция и свисает вниз, а снизу к ней поднимается встречная… Туда директор треста ресторанов заходила, снимая обувь. И все стали снимать. Смешно, но факт.

Макет коттеджа в Кашино

Макет коттеджа в Кашино

Первый загородный дом в Верхней Сысерти я начал строить в 98м году. Был дефолт, я все деньги потерял, успел только за 1,5 тысячи приобрести 15 соток. В 2000м дом построил. Потом докупил еще 20 соток и подсчитал: дешевле, чем благоустраивать участок в 35 соток, который сам по себе мне обошелся в 3,5 тыс. долларов (стоимость сотки теперь выросла в 20 раз), построить еще один дом.

Я всегда старался сделать любой дом с минимальными затратами и максимальным эффектом. Хорошо, когда есть возможность использовать дорогие материалы, технологии. Но мастерство дороже — это когда ты можешь решить те же задачи с меньшими затратами. Так вот в своих домах я и пытался это показать. Кухня и прихожая у меня сделаны из плитки нашего керамического завода — 100 рублей за метр. Дешевле просто нет. Пол в гостиной — светлый мрамор по цене, не поверите, керамической плитки. Мебель заказал своему бывшему кооперативу за смешные для когото деньги. Весь мой дом с участком и баней обошелся в 75 тыс. долларов.

— Насколько удалось удешевить?

— Раза в три.

— А второй когда построили?

— Два года назад.

— Зачем вам второй?

— Я же говорю, посмотрел внимательно на участок, он такой унылый, а благоустраивать так дорого. И подумал: может, мне лучше второй дом построить? Я хотел, сидя на диване, в четырехметровое окно до пола видеть сосны во весь рост. И как огонь отражается в водоеме, когда горит камин. Валунов, когда котлован роют, достаточно много. Я разместил их на краю водоема. Меня часто спрашивают, как делать водоем: на дне выравниваете песок, укладываете гидроизоляцию, потом стенки — камнем или дерном. Водоемы мои стоят 100 рублей кв. метр плюс 50 рублей работа. Я не делаю их в бетонной чаше. Благоустройство дорожки столь же простое: на асбоцементные трубы крепите оструганные доски — босиком ходить по теплому дереву, ну сами понимаете. И никакой грязи.

Как всегда сам разрабатывал и делал мебель, интерьеры. Например, валун рассек на две неравные части, на герметик прикрепил стекло к большей нижней части, а сверху тоже на герметик посадил отсеченную верхушку. Получился журнальный столик: стекло, зажатое валуном. Покупные в доме только стулья, по дизайну подошли.

В сумме в двух домах 310 метров, не считая четырех гаражей, подвалов, бани. Но так получается, что построить-то построил, но не имею особого времени там жить. Я был в обоих своих домах раз по десять.

— Что ж так?

— Да некогда! Ну и мне интереснее процесс разработки проекта, строительства.

— А пользоваться красотой?

— Пользоваться менее интересно. Теперь я загорелся проектом четвертого дома — на Шарташе. Там зеленая зона, почти парковая. Меня жутко раздражает в городе непролазная грязь и когда пакеты выкидывают тебе под окна.

— Кто же будет сидеть на диване в Верхней Сысерти и смотреть в окно на сосны?

— Те два дома продам, наверное. Или не продам.

Предпринимательподпольщик

— Вы были в Сургуте главным архитектором сразу после института?

— Сначала проработал девять месяцев в Екатеринбурге в Гражданпроекте. Там главное было приходить и уходить вовремя, а работать было не главное. Однажды утром я положил свою гантель на чертежи, ушел и больше не вернулся. Мне предложили работать на севере Тюменской области, в Нефтеюганске. Но прежде мы с областным архитектором почемуто заехали в Сургут. Он сказал: ладно, здесь тоже нет архитектора, оставайся. Там я проработал три года. Оказалось — бег на месте.

Я должен был как главный архитектор соблюдать генплан города. А цель любого подрядчика — сделать не по генплану. Ехали в Тюмень, в Москву и согласовывали изменение генплана, минуя меня. Мне надоело, и я вернулся в Екатеринбург.

— Сколько лет вы на рынке?

— С конца 80х. До того лет десять частным образом делал интерьеры кафе и ресторанов. Потому что в совке архитекторам не разрешалось строить индивидуальные дома. Против меня в середине 80х при Андропове, тогда велась борьба с нетрудовыми доходами, собирались возбудить хоть какое-то уголовное дело: за запрещенное тогда предпринимательство меня нужно было как-то посадить. Восьми проверявшим меня следователям достаточно было найти 500 рублей, которые я будто бы незаконно получил. Но я, к их огорчению, ни с кого денег не брал как предприниматель. Я получал деньги за эскизный проект, за рабочие чертежи, за светильники и прочие. Хотя обороты у меня были по 100 — 150 тыс. рублей в год, столько мы осваивали.

— И оргструктуры не было?

— Никакой. Я сам делал эскизный проект, заказчик смотрел и говорил: оплатим проект и рабочих, когда это будет все в натуре. И я набирал под эти условия студентов, преподавателей, кандидатов наук.

У меня одновременно работало 40 — 60 человек на трехчетырех объектах. Заключал договор, подписывался под калькуляцией. Потом — в актах приемки работ. Нес финансовую ответственность за объект. В начале 90х коммунистов убрали: пожалуйста, строй коттеджи. И я начал строить.

— А почему не создали свою фирму?

— А зачем она нужна? Я никем не руковожу. Работаем с дочерью, в силу опыта достаточно быстро. Если кто-то делает эскизный проект месяц-два, то я — максимум за десять дней. Производительность — четыре проекта в месяц. Пару дней трачу на идею, как скомпоновать дом. Чаще всего идеи рождаются, когда смотришь на участок. Стараюсь идти от внутренних ощущений. Так родилась идея домакорабля, выплывающего из сада. Я подумал: справа сад, слева сад, впереди водоем. Люди будут приезжать сюда с севера на отдых, много находиться на воздухе. Значит, должно быть по максимуму открытых площадокпалуб, которые дают обзор, эксплуатируемых террас.

— Что вы в Австрии делали?

— Хозяин фирмы Вольф приезжал в Екатеринбург, когда я делал рестораны и кафе, удивился разносторонности моих возможностей, пригласил меня с семьей работать в Австрию. У него уже работали несколько техниковиностранцев, которые корректировали готовые проекты: тут прибавить зимний сад, тут дополнительное окно. Это и меня ожидало. Вольф собирался разработать универсальный дом, который можно было строить и на севере, и на юге. Я ему свою точку зрения изложил: тупиковый, говорю, вариант. Но его интересовали не мои идеи, а моя продуктивность: чтобы утром он выдавал установки, а я ему к обеду — планировки. Он оплачивал мое проживание, еще какие-то деньги платил. Проработал я так три года.

Но тут в России появилась возможность заработать больше, чем платил Вольф. Гонения на предпринимателей кончились.

К тому же я не был голодным россиянином, осчастливленным Вольфом. У меня на родине был хороший дом, возможность путешествовать. Мне было что терять. К тому же я всю жизнь бился за свободу, за возможность не иметь начальства, работать самостоятельно. Мой главный принцип: интересно — значит, делаю.

Я Вольфу предложил: полдня работаю на фирме, полдня — на частных заказах. Он сказал: нет, 75% времени работаешь на меня. И я уехал.

Создайте свой мир

— Вы самый дорогой архитектор в Екатеринбурге?

— Думаю, нет. Потому что когда разработку проектов выполняют компании, выходит в несколько раз дороже, хотя непосредственный исполнитель там получает меньше одной десятой от суммы. Проверено не раз.

— Заказчики мечутся по рынку в поисках своего архитектора?

— Многие ищут проекты в интернете.

Я у двух разных клиентов видел один и тот же типовой проект, достаточно убогий: оба просили меня его подкорректировать. Многие приходят консультироваться — вот, нашли проект, как он вам? Я, как правило, ничего не критикую: критика — неблагодарное дело.

— Ощущаете конкуренцию?

— Нет. У меня своя ниша. Мои клиенты — не те люди, которых устраивают типовые проекты, им хочется выразить свою индивидуальность. Работаю с заказчиками, которые могут себе 300 метров позволить, не считая каждый рубль, но хотят иметь достаточно экономичные дома.

Вообще-то формально есть конкуренция. Молодые ребята, только институт закончили, просят 600 — 700 рублей за кв. метр проекта интерьера. Я беру меньше. Многие больше меня на интерьерах зарабатывают, но я делаю только то, что мне интересно — дома проектирую.

Вот приходит человек, мы с ним поговорим часа два. Через 4 — 5 часов я уже какуюто схему себе набросаю. Через неделю вычерчу фасады, планы, разрезы, через десять дней готов макет. Все быстро, безо всяких согласований. Все в радость — и мне, и тому, кому делаю: он находит воплощение своим мечтам и представлениям, я — идеям.

— Как определить стиль ваших проектов?

— Не совсем минималистские интерьеры, но ближе к скупым. Мне близки интерьеры японские.

— Ваше творческое кредо — архитектура изнутри. Как это?

— Я прихожу на участок и смотрю, что я бы хотел видеть из окон. Это определяет, где я сделаю гостиную и прочее. А вид из окна определит интерьер. Представьте: светит солнце, снег искрится, заснеженные хвойники стоят. Это такая роскошь, вы ее не видите из окон городских домов. Только кусок затоптанного двора. А за городом эту роскошь можно иметь с подсветкой вечером. Стремление к ней должно быть принципом проектирования. Нужно создавать свой мир. Не все еще это поняли.

— А если нет никакого вида?

— Тогда я должен его создать. Если невозможно снаружи, я сделаю красивый внутренний дворик и выведу туда окна.

Доплнительные материалы:

Олег Шока

Архитектор, дизайнер. В 1968 году закончил Уральский филиал Московского архитектурного института. 1969 — 1971 — главный архитектор Сургута, 1972 — 1974 — преподаватель Свердловского архитектурного института (сейчас УГАХА).

По его проектам построены:

— радиотелецентр «Тюменьтрансгаза» (Югорск); индивидуальные

— жилые дома в 1989 — 1991 

в Австрии для компании Вольф Систем, а также десятки индивидуальных жилых домов в Уральском регионе; выполнен дизайн ресторанов «Уральские пельмени», «Тбилиси», «Рига», кафе «Театральное» в Екатеринбурге.

Творческое кредо — архитектура изнутри; комфортная среда обитания, созданная техническими средствами.

По материалам журнала «Эксперт-Урал»

Качество наших услуг - это мировой опыт «RBC USA, INC.»